А пошлют тебя в уезд, скажем, в какую комиссию, тогда и начинается благодать! Где заночует начальник, ночуешь и ты; сколько отдыхает начальник, отдыхаешь и ты; чем угостят начальника, угостят и тебя, ешь и пьешь больше него; а продернут начальника в какой газете, о тебе даже не упомянут, достанется одному начальнику, а тебя, стражника, еще и под защиту возьмут, пожалеют, что, дескать, в ущерб интересам государства, которое платит тебе жалованье, приходится вертеть на вертеле ягненка да облизываться; а ты подложишь мягкий каравай пшеничного хлеба под ягненка, с которого каплет жир, и заморишь червячка до обеда. Потом поставишь жареного ягненка перед комиссией, жалуясь, что кто-то украл у него хвост. И все даром! Нет, такая служба словно нарочно создана для народа, не страдающего особой амбицией и не любящего трудиться в поте лица своего.
Вот так частенько беседовали и пререкались Вуядин и Радойка, отстаивая свои идеалы, пока в один прекрасный день не проявился нрав и самого кандидата