собой скудный ужин, кусок хлеба и порядочный ломоть печеной тыквы, перекрестился и принялся есть, прикидывая в уме, сколько ему осталось дней до того, как он станет подмастерьем. «А там,— думает фаталист Поте,— отольются мои слезки, расплатится за все новый ученик. Отведу душу. Уж попомнит подмастерье Поте!»
Так, поедая печеную тыкву, утешаясь и заранее радуясь, размышляет Поте. Потому он и не слышит, когда подмастерье спрашивает его снова, у кого он научился этой песне.
Ответа Коте не дождался.
Впрочем, спрашивать мальчишку, где он слышал песню и у кого научился ее петь, Коте не следовало, а тем более сердиться, ведь песенка была весьма популярна и распевалась во всем городе. И если бы подмастерье Коте чуть-чуть пошевелил мозгами, он вспомнил бы, что ученик научился песне от него самого, подобно тому, как он, Коте, научился от мастера Мане. И, кстати, если так уж все выскочило из головы у подмастерья, ему надо бы помнить полученную неделю тому назад оплеуху от мастера Мане, когда