окно: остывшая плита, на стене несколько сковородок, в углу — забытый детский мяч; все мертво.
Разочарованные, с трудом проглотили слюну — и тут, разом, все поняли, хотя никто этого не высказал: а с Гейницем-то, пожалуй, что-то серьезное...
— Гонза-а-а! — крикнул Камилл.
Все хором подхватили зов, даже девушки своими тонкими голосами. Молния озарила тучи, скалы не успели еще отразить эхо грома, как его покрыл новый оглушительный удар. Что это, гроза возвращается?
Мишь прижалась спиной к деревянной стене хижины, под карнизом, чтобы как-то укрыться от припустившего дождя. Устало закрыла глаза; от всей ее покорно поникшей фигурки исходила безмолвная мольба: хоть глоточек чего-нибудь горячего!
— Проклятый мальчишка. Вы, девочки, подождите здесь, а мы пойдем дальше. Незачем мокнуть всем!
— Нам будет страшно в такую грозу!—пискнула Руженка.
Крчма смекнул, в чем дело: конечно, вокруг высокие горы, но прихоть молний непредсказуема — что, если ударит в хижину? Попытался осветить туман