уже в который раз поглядывал на часы; наконец, извинившись, вышел.
В зал вплыл поднос, уставленный бокалами с аперитивом. По жесту Пирка официант поставил одно мартини перед пустым стулом рядом с местом Мариана.
— Жаль, нет с нами Камилла, — сказала Крчме Руженка. — Он бы порадовался за Мариана.
Типичный образ мышления Руженки: то, что здесь нет Миши, которая должна была быть непременно, ее не беспокоит. (Зато это беспокоит меня.)
Вернулся Мариан, обменялся с Крчмой недоумевающим взглядом, пожал плечами.
— Никто не берет трубку, — тихо сказал ему встревоженным тоном.
Однако бокалы полны, оттягивать далее нельзя. Пора что-то делать, мальчик! Мариан, переглянувшись с коллегами, Крижаном и Перницей, встал, поднял свой бокал. Поблагодарил присутствующих за то, что приняли приглашение на это маленькое приватное торжество.
— Особо и прежде всего, — заговорил Мариан, — мне хочется от своего имени и от имени моих коллег, которые, несомненно, меня поддержат, — тут он повернулся к своим